Боярич

Может быть, это и был результат старания женской половины дома показать себя белыми и пушистыми, и вообще самыми лучшими в будущем союзниками и друзьями, но я был благодарен им за подаренные минуты спокойствия, рассчитывать на которые в свете имеющихся новостей даже не предполагал.

Но, как бы то ни было, ужин не очень продлился, чтобы я окончательно расслабился, а потому, едва мы оказались опять в кабинете Вербицкого, вернулся к своим размышлениям… Было, было у меня ощущение, что я что-то упустил, и мне хотелось восстановить весь ход нашей беседы с Вербицким до ужина, но… не судьба, кажется. Стоило закрыться двери кабинета, а на столе возникнуть бокалу гранатового сока для меня и уже знакомого коньячного набора для хозяина дома, как последний, раскурив ароматную сигару, тут же отвлек меня от раздумий-воспоминаний.

– Кирилл, а ведь для тебя известие о возможном возвращении в именитые было неожиданностью, а? Я имею в виду – главой собственного рода, а не вхождением в чужой, примаком или боярским сыном… – поинтересовался Анатолий Семенович.

– Не скрою. Прежде такая мысль мне и в голову не приходила, – кивнул я и, окинув взглядом выжидающе посматривающего на меня Вербицкого, договорил: – Да и желание тоже.

– Хм… Интересно. Ты настолько не амбициозен? – тихо проговорил он. – Любой юноша твоего возраста даже раздумывать не стал бы, представься ему подобная возможность.

– Я, может быть, и юн, но не идиот, – пожал я плечами. Ты хотел честности? Ты ее получишь. – Не забывайте, я не только читал истории о богатырях и самоотверженных боярах, чья жизнь – служение трону и стране. Но и видел, как это выглядит… изнутри, так сказать. И не могу подтвердить, что нашел много совпадений между провозглашаемым и действительным. Гордости за предков, переходящей в надменность, хоть отбавляй. Надменности богатеев, переходящей в форменное чванство, – еще больше. А вот со служением… как-то глухо.

– Хм… – Вербицкий кивнул, словно приглашая продолжить. Да пожалуйста.

– Знаете, после пира у Бестужевых я, впечатленный количеством гостей и их разнообразием в занятиях и интересах, решил поинтересоваться статистикой занятости именитых, – медленно продолжил я.

Глаза Вербицкого удивленно распахнулись во всю дарованную природой ширь. А это немало…

– Какой… оригинальный интерес… – справившись с собой, проговорил мой собеседник и закончил уже нормальным тоном… для обретения которого ему пришлось смочить горло добрым глотком коньяка.