Боярич

Может быть, даже по всем правилам, с объявлением войны и прочими паркетными танцами… Это если еще до подписания государем документов на мой титул ко мне не заглянут посланцы вот этого самого сидящего передо мной главы Пятого стола Преображенского приказа Анатолия Семеновича Вербицкого. А в свете рассказа моего собеседника причины для моего убийства у него будут куда более веские, чем у Бельских. Ну, что им права на удвоение гвардии и их вооружения, даруемые титулом? А вот полковнику Вербицкому последний упущенный шанс увидеть свою фамилию в Бархатной Книге может и крышечку сорвать. По крайней мере, более последовательного врага у меня не будет, точно. А значит… рано или поздно, но он меня затравит, может быть даже на пару с Бельскими. Хм… Невеселая перспектива.

Что ж, минусы и плюсы взвешены и оценены, можно и спасением будущего союзника заняться. Возможного союзника… поскольку сходу кидаться составлять договор я не стану, точно. Нет, принципиальное согласие я дам, а вот о деталях… над ними надо будет хорошенько посушить голову. И желательно не в одиночку. Решено.

– Анатолий Семенович, – окликнул я зависшего полковника.

– А? – полковник перевел на меня потухший взгляд.

Каменная маска на лице Вербицкого дала трещину и «осыпалась», открывая безмерное удивление.

– Почему? – после минуты молчания хрипло спросил полковник.

– Я был бы идиотом, наживая себе таких последовательных врагов, как род Вербицких, – пожал я плечами.

– Последовательных? – явно еще не веря в мои слова, нахмурился собеседник.

– То упорство, с которым вы идете к цели, очень многое говорит о семейных чертах характера, и я не думаю, что это свойство распространяется лишь на стремление к титулу. А значит, в случае чего, и противниками вы будете не менее настойчивыми, не так ли? – Я улыбнулся. – Ну, а кроме того, зачем плодить врагов, если есть возможность обзавестись друзьями? Где мне расписаться кровью, Анатолий Семенович?

– Р-ра! – Полковник взвился над столом и, хлопнув по кнопке селектора, буквально прорычал в него, что абсолютно не вязалось с расплывшейся на лице улыбкой. – Саня, Марию сюда, немедленно!

Надо отдать должное девушке, слова отца о будущем учителе ее еще не существующего даже в проекте ребенка Мария встретила стоически. Внешне. Потому как Эфир все-таки дрогнул от ее смущения.

– Учителем… ага. Уже хорошо, – вздохнув, задумчиво проговорила девушка, и взгляд ее неуловимо изменился.