Кодекс Охотника #15

Пока что Аня только выяснила, что таких колец было три: у главы, у его первой жены, и у начальника гвардии. И куда они делись — пока непонятно.

— Сложное задание, — сказал Призрак. — Возможно я смогу помочь.

— Ты? — удивился я.

— Да, остались у меня специфические знакомства.

— С удовольствием приму твою помощь.

— Даже в большей степени не у меня, а у Баньши, — кивнул он на улыбающуюся Баньши, которая весело щебетала с Сойкой. Ну да, совсем забыл, кто ее отец.

Угрюмая женщина расцвела рядом со своим любимым. Они действительно были, как две неудержимые и смертоносные тени.

Да и Призраку это пошло на пользу. Он стал реально неудержим. А так, как они заботились о Сойке — дай Бог любому ребёнку таких биологических родителей. Я в очередной раз понял, что семья даёт дополнительные силы. И жалко, что Охотники до этого не додумались. Братство — вещь мощная. Но всё-таки именно семья и, как это ни странно, любовь, дают силы на такие свершения, которые в обычном состоянии человек не способен.

Внезапно глубокая для меня мысль заставила меня на секунду замереть.

Я вспомнил об Анне и о будущем ребёнке, потряс головой и выгнал мысли из черепа.

— В общем, сегодня возвращаемся домой.

— И принимаем Затупка в подпоручики, — полез Волк."

"— И это тоже. Но в принципе, прямо сейчас я бы решил несколько бытовых вопросов. Нужно не только Галактионовку превратить в аналог неприступной «Верности», но и все мои земли. В первую очередь Игнатовка, должна быть также защищена. Надёжный тыл — это половина победы, если не больше.

— Это будет… очень дорого, — хмыкнул Волк.

— Придётся приложить много сил, — кивнул Ратник.

Призрак только улыбнулся.

— Ну, я в вас верю. Свободны. Готовьте ребят! Волк разберись здесь. Приставь отряд для Сойки, чтобы с ней ничего не случилось, и готовь ребят к выходу. Ты, Волгомир, пока останься.

Призрак с Волком удалились, а я посмотрел на него.

— Ну что, пора заполнить твой колодец душ.

— С радостью, мой господин, — склонил голову Ратник.

— Я правильно понял, что ты был бойцом первой линии? И души в тебе были на силу и выносливость.

— Всё верно, господин. Моя штурмовая центурия всегда встречала врага первой, и я был первым среди первых, — с некоторой гордостью произнёс Ратник.

— И это похвально. Только сейчас ты собираешься стать легатом. Ты же хотел стать легатом? — улыбнулся я.

— Это величайшая честь, — внезапно побледнел Ратник. — Да, конечно, я хотел. Это было целью всей моей жизни.

— Ну вот, мечты сбываются, — улыбнулся я.