Миротворец

Королева приняла древнюю тиару с благоговением, что в циничной Изольде видеть было непривычно. Видно было, что Изольда колеблется – не надеть ли корону прямо сейчас, но Торрен опять кашлянул:

– В трактатах говорится, что корона убьёт самозванца, либо лишит его разума. Стоит ли так рисковать, Ваше Величество?

Изольда покраснела – от стыда или гнева – понять невозможно:

– Ты сомневаешься в моём праве, граф?

– Что вы, Ваше Величество? – испуганно ответил Торрен. – Но, быть может, проверить вначале на ком-то другом?

– Ты не слышал, что докладывал глава Тайной канцелярии? – голос Изольды бурлил от эмоций, – Корона настраивается на носителя, и будет служить только ему, пока он жив.

Или ты готов рискнуть, надеть корону на себя, и если она работает, лишить себя жизни?

– Н-н-н-ет, Ваше Величество, – Торрен склонился в поклоне, – Но есть преступники…

– Короновать преступника тиарой Императоров людей? Да ты совсем с ума сошёл, граф?

– Я только о Вас забочусь, Ваше Величество!

– Ну, так не лезь с глупыми советами! Корону первый раз нужно одеть до коронации.

Иначе если на коронации что-то пойдёт не так…

Изольда не стала договаривать, но мы все её прекрасно поняли. Народ не должен видеть, если с королевой что-то случится в торжественной обстановке. Иначе будет подорвана вера не просто в королеву – во всю ветвь династии Туареттов. И даже если королева останется жива, не усидеть ей на троне. Как и её сестре не быть больше принцессой.

И лично меня это почему-то не устраивало.

Изольда глубоко вздохнула, будто перед прыжком в омут, и медленно начала:

– Я знала, на что иду, как знали это мои предшественники. И понимаю, что ноша эта великая, и… может быть опасной. Непосильной. – Изольда сглотнула, – Но отступать у меня права нет!

И резким движением, будто боясь, что передумает, одела корону себе на голову. Я, честно говоря, даже зажмурился вначале. Вдруг, думаю, бомбанёт? Прислушался – вроде тишина.

Приоткрыл левый глаз, и посмотрел аккуратно на самодержицу. Стоит Изольда, глазки вверх под лоб закатила, прислушивается. Замерла, и ни вперёд – ни назад. Эльза тоже замерла. А граф Торрен, верный советник, так тот вообще изогнулся, видимо, помешать хотел, да так и застыл: ручки вперёд вытянуты, одна ножка полусогнута, а вторая назад откинута, на манер цапли. Стоит, бедолага, дышать боится. Только капелька пота течёт у него по лицу.