Мечник Вернувшийся 1000 лет спустя

— Заткнись! — рявкнул Леон, снося кристалл в груди очередного противника.

— О, и словарный запас богатеет.

Мы углубились в центр мертвого города, где здания приобрели совсем фантастический вид. Небоскребы здесь росли не вверх, а в стороны, переплетаясь друг с другом как ветви деревьев. Из некоторых окон торчали металлические щупальца, а стены покрывали пульсирующие наросты.

— Здесь становится все хуже, — предупредил Леон. — Мутация усиливается по мере приближения к центру.

— Отлично, — усмехнулся я. — Значит, и монстры будут интереснее. А то уже как-то скучно стало, не находишь?

Я не ошибся. Новые мутанты были крупнее и агрессивнее. Появились экземпляры с несколькими головами-предметами, некоторые научились плеваться энергетическими зарядами, а один вообще умел телепортироваться на короткие расстояния.

Но самыми опасными оказались те, кто сохранил частичную память о своей прошлой жизни. Они двигались осмысленнее, использовали тактику и даже пытались говорить, хотя вместо слов издавали только искаженные звуки.

— Послушай, — один из них с антенной вместо головы пытался что-то сказать, подходя к нам с протянутыми руками. — Помо… помоги… больно…

— Жаль, приятель, — ответил я, отсекая ему голову одним движением. — Но таблетки от головной боли у меня кончились.

Леон покосился на меня.

— Ты совсем не испытываешь к ним сочувствия?

— К чему? — пожал плечами я. — Это уже не человек. Смерть для него — освобождение.

— Все равно жестоко.

— Жестоко — это оставить его мучиться, — парировал я. — А это милосердие.

Леон Монтильяр всю свою жизнь считал себя одним из лучших мечников своего поколения. Его техника владения катаной была признана безупречной наставниками сразу нескольких кланов. Его ледяная магия могла сравниться с магией старших мастеров. Он был гордостью семьи и восходящей звездой Гильдии Охотников.

Но сейчас, сражаясь рядом с Дарионом в этом проклятом Разломе, Леон понимал, насколько он был наивен и слеп.

Дарион сражался как живое воплощение смерти. Каждое его движение было выверено и смертоносно. Он не делал ошибок, не тратил энергию впустую, не показывал ни малейших признаков усталости.

И что самое унизительное — он постоянно менял стили боя. То его меч покрывался молниями, то льдом, то становился размытым от скорости. Леон насчитал уже четыре различные техники, и все они выполнялись на уровне, который казался недостижимым для многих магов.