Куколка

Словно раненая птица, я металась из стороны в сторону и раз за разом набирала номер Зуева, но он не подходил к телефону. Я написала ему десятки сообщений с просьбой рассказать обо всем, что он знает, но в ответ была тишина.

Когда родители вернулись с работы, я одолжила у папы телефон и снова набрала номер Зуева. Он снял трубку с третьего же гудка.

- Не бросай трубку, это быстро.

На том конце провода воцарилась тишина и я поднесла телефон к лицу, чтобы убедиться, что Лёха не сбросил звонок.

- А ты доставучая, не завидую я Кораблеву.

- Расскажи мне, что ты знаешь.

- Время предложения истекло.

- Не капризничай, если это важно, ты должен сказать, - я канючила в трубку.

- Если ты так ему доверяешь, почему бы тебе не спросить об этом у него?

- Он не сказал ничего конкретного.

- Я тоже ничего конкретного тебе не скажу.

- Ну почему? – я жутко злилась.

- Ты просила оставить тебя в покое, поэтому набивай свои шишки сама. Ты была полна решимости от меня избавиться, но как только тебе что- то от меня понадобилось прибежала назад, как я и говорил.

Оставь меня в покое, Соколовская, тебе здесь больше не рады.

- Подожди! Ты можешь хотя бы намекнуть, что это за страшная тайна.

- Могу. Он тебе врет. Пока!

На этих словах Зуев отключился, я осела на кровать и поняла, что если сейчас не приму одну из сторон, немедленно сойду с ума. Мне осталось понять кому из них я больше доверяю.

Сегодня я побил свой собственный рекорд- четыре двойки и одна смачная драка после физкультуры. Десятиклассники совсем офонарели, никакого уважения к старшим, приходится учить их уму-разуму.

Быстрее бы закончить этот сумасшедший дом и никогда не видеть эти противные рожи. Особенно эту сладкую парочку.

Я ведь и не представлял, что Машка такая дурочка, ей вешают лапшу на уши, а она сидит довольная, улыбается во все тридцать два зуба. Сидит, прядь волос на палец наматывает и глазами хлопает, пока додик рассказывает свои сказки.

Я ее избегал и даже старался лишний раз не здороваться, больше не ходил смотреть ее концерты и вообще старался о ней не думать.

Получалось плохо, но я над этим буду работать. Зато как же я был рад избавиться от этой клоунской прически и подстричься как настоящий мужик.

Мой капитал пополнялся, оказывается если не отвлекаться на всякие глупости, можно работать с двойным энтузиазмом. Правда, работой это назвать сложно. Но металл воровали всегда, ни я первый, ни я последний. В свободное время я зависал в интернете и выбирал себе тачку.