Бомба за пазухой

В отдельных случаях надевать форму среднего комсостава с соответствующими погонами.

— Ты вот что, лейтенант, — затянувшись крепкой махоркой, тихо заговорил Самохин, наклонившись к плечу Зыкова. — Ты сам взводным был. Ты и боевое охранение выставлял, и наблюдение за передвижением фрицев выставлял. Ты главное вспомни! Чем больше людей задействовано в боевой операции, тем больше организовывать надо — и питание нужно, и оружие с боеприпасами, и личное имущество, опять же время и силы на устройство окопчика, или где там удается своих бойцов разместить, потребуется. Один боец и сам все для себя организует, а для трех уже помощь нужна. Вот и здесь так же. Если ты уверен, что снайпер не один, что их тут целая группа, то вот и подумай. Где они в городе столько оружия будут хранить? А ведь его в нужное время в нужное место надо притащить. А как на патруль напорешься?

— Правильно, Самохин! — обрадовался Алексей. — Они лежки должны подготовить и все самое необходимое там разместить, чтобы в нужный момент человек туда добрался и минимум времени ему на подготовку потребовалось. Чтобы все уже готово для него было!

— Вот-вот, — кивнул солдат, снова затягиваясь табачным дымом. — Чтобы все это подготовить, им время нужно. А ты думай, где они могут ударить, там и ищи, там «лежки» у них, если они снайперами работать будут.

«Виллис» резко затормозил, подняв клубы пыли. Зыков отошел в сторону, прикрывая лицо локтем и кашляя. От машины к нему уже бежал капитан Бойко.

— Вот, а я за тобой в госпиталь собрался ехать. Ты там фронтового товарища пошел навещать, так мне передали!

— Что случилось, Василий Егорович?

— Группа прочесывания нашла старика. Ну, того самого пропавшего альпиниста Прохоренко!

— Убит? — упавшим голосом спросил Зыков, сразу подумав о том, как переживет это известие Горячев.

— Да, без сомнения, — ответил капитан, рассказывая подробности, пока они шли к машине. — Они его ударили каким-то тупым тяжелым предметом по голове. На черепе просто гематома. Кровь на пороге они второпях, а скорее, в темноте не заметили. Когда старик упал, он разбил себе нос. Отсюда и пятно крови. Скорее всего, умер он сразу, потому что его не добивали. Оттащили метров за сто и бросили в погреб разрушенного дома. А сверху забросали досками и мятым кровельным железом.

— Значит, все та же цепочка, — Зыков остановился и положил руку на крыло машины. — Василий, мне нужно снова идти в горы. Должны быть «лежки»! Причем подготовленные, даже с оружием.