Нас воспитала война

 — Кого завалить хотел, мразь? Старшину разведроты?

Дед подошел к вздрагивающему телу. Перевернул его. На Матвея воззрились открытые мертвые удивленные глаза.

— Ну что уставился, дурак? Крови хотел? Да? Тьфу, — в сердцах плюнул на труп дед Матвей, — тащи тепереча тебя в болото. Да кровь убирай. Навязался тоже. Кто звал-то сюда? И дружков твоих могила ждет. Зря вы Лешего задели. Зря! Погоди, оклемается он, всю вашу стаю за яйца подвесит. Будь уверен!

Закончив свою тираду, дед пошел за брезентом. Вернувшись, уложил на него труп и медленно, рывками, потащил к гати, чтобы сбросить в болотную трясину, ставшую за относительно короткое время большой братско-бандитской могилой.

ПРЕЛЮДИЯ БОЛЬШОЙ ИГРЫ

Сознание возвращалось к Лешему медленно. Он открыл глаза — и все вокруг поплыло, закружилось, то дробясь на части, то сматываясь в причудливые узлы. Бетонный низкий потолок, голые стены, смутные очертания каких-то предметов, табурет рядом. Эта «карусель» вызвала сильную боль в затылочной части и острый приступ тошноты.

Володя рванулся на кровати, следуя рвотным позывам. Ему удалось только приподняться, так как левая рука была пристегнута наручниками за проходящую вдоль стены трубу. Но голова свесилась, и его вырвало. Рвота тяжелым, выворачивающим наизнанку кашлем сотрясала тело, усиливая боль, и так дробящую череп на части. Где-то сзади скрипнула дверь. Кто-то вошел в его темницу. Подошел к кровати, встал за дужкой, у головы, которую Леший не мог поднять. Рвота не отпускала, и Володя не мог ничего, кроме как висеть над полом и давиться позывами. Кто-то, стоящий рядом, терпеливо ждал. Наконец Леший почувствовал небольшое облегчение и откинулся на подушку. Пот крупными каплями проступил на лице. Свободной правой рукой Лешин смахнул влагу. Потом спросил, не глядя на посетителя:

И тут же услышал грудной женский голос:

— Лежите спокойно, больной, сейчас я сделаю вам укол, и тошнота с болью отпустят. Только прошу, не сопротивляйтесь. Инъекцию придется делать внутривенно, так что мне потребуется ваше послушание.

В ваших же интересах.

Обладательница голоса вышла из-за кровати, присела на табурет. Ее лицо было напротив его лица, но оно двоилось, и Владимиру пришлось прикрыть один глаз, чтобы рассмотреть посетительницу. Миловидная женщина средних лет, со строгой прической, сосредоточенным взглядом. В руках жгут и шприц. Она спросила:

— Вам не сказали, направляя сюда? — вопросом на вопрос ответил Леший.

— Нет, — коротко бросила она.

— Анюта. Приятное имя.