Нас воспитала война

Подойдя к «Волге», бросил поклажу на заднее сиденье.

— Подожди еще минуту, Боб, деда предупрежу, что уезжаю, волноваться будет.

Он прошел к хате Матвея, зашел внутрь. В нос ударил резкий запах перегара. Старик спал на полу, широко раскинув руки, задрав куцую бороденку к потолку. По комнате метался непрерывный храп. А на столе — двухлитровая банка самогона. Почти ополовиненная.

Лешин вышел от Матвея, и вскоре «Волга» петляла по лесной дороге, ведущей в райцентр.

Возле Лепок, но не выезжая из леса, Владимир попросил:

— Боб, останови, мне надо выйти на минуту.

Бабичев посмотрел на друга, ничего не сказав, выполнил просьбу. Леший отошел на несколько метров и достал мобильник. Набрал номер. Ему тут же ответили:

— Олег Юрьевич? Добрый день. Это Володя.

— Здравствуй, дорогой, что же это ты совсем забыл о нас? Не звонишь.

— Извините, Олег Юрьевич, никак время не мог выбрать, понимаю, что подлец, но… извините. Исправлюсь.

— Постарайся уж как-нибудь!

— А теперь главное, Олег Юрьевич.

— Ко мне где-то в конце недели должен приехать друг, капитан Бондаренко.

Примите его, Олег Юрьевич.

— Ну какой может быть разговор. Бондаренко? Этот тот, с которым вы…

— Так точно. Только сделать это надо так, чтобы до встречи со мной он не покидал дома и как можно меньше ваших людей знали бы о его присутствии.

— Это необычное условие. У тебя проблемы, Володя?

— Как вам сказать… Встретимся, тогда и поговорим.

— Но, может, тебе помощь нужна? Я всегда готов оказать ее. Ты только скажи.

— Нет, Олег Юрьевич, ничего не надо, все идет по плану.

Ну так насчет Бондаренко договорились?

— Да. Только не нравится мне все это.

— Мне, признаться, тоже. Все! До связи!

— До связи. — Кораблев тяжело вздохнул.

Лешин вернулся в машину, и друзья продолжили путь.

Татьяна встретила их настороженно, но дружелюбно, так как хорошо относилась к Володе. После обычных в этих случаях приветствий и стандартных вопросов Бабичев предложил подняться к нему в кабинет.

— А как же обед, Коля? Я накрыла в гостиной.

— Обед немного подождет.

Есть разговор, Танюша, серьезный разговор.

Женщина побледнела, ибо ничего хорошего от таких серьезных разговоров, видимо, не ждала.

Пришлось вмешаться Лешину:

— Не волнуйся, Таня, у нас для тебя неплохие новости, успокойся.

Татьяна вопросительно посмотрела на супруга. Тот, как бы в подтверждение слов Владимира, утвердительно кивнул.

— Что ж, пойдемте. — Татьяна первой шагнула на ступени лестницы.

В кабинете расположились за рабочим столом Бабичева.