Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)

Рядом с речным портом, на тихой неприметной улочке, стоял небольшой дом, в котором размещалась лавка аптекаря. Торговал в ней пожилой лигириец, и мало кто знал, что хозяин лавочки был боссом одной из многочисленных банд, которая промышляла убийствами, грабежами и похищениями не только в городе. Банда имела свою долю в порту. В доме находились трое.

– Кастет, ты принял заказ на студента? – спросил хозяин лавки.

– К нам обратились уважаемые люди. Они просят оставить студента живым и передать его им.

– Босс, мне что, взять студента под белы ручки и привести его к уважаемым людям? – возмутился стройный красивый брюнет. – Это нехеец, босс. Я три года у них прослужил.

– Чем ты слушаешь, Кастет? Я сказал – живым, а не целым, – спокойно ответил хозяин. – Нехеец хоть и слабый, но маг, учти это.

– С нами Кроль пойдет, прикроет.

– Это правильно, возьми мага, – согласился пожилой лигириец. – Студента привезете в порт к третьему причалу, там передадите на корабль магам Искореняющих. Все понятно?

– Понятно, – ответили двое.

– Кастет, а как мы узнаем студента? – спросил второй – невысокий, но крепкий мужчина, вышедший вместе с брюнетом.

– С нами будет человек, который знает студента. Запомни, Бочка, нехейцы очень опасны. Поэтому ты стреляешь тупым болтом ему в живот, так, чтобы не убить, а выбить дух из него, потом Кроль накладывает оцепенение. Хватаем парня и прячем в повозке. Смотри, успех дела зависит от тебя, выстрел должен быть точно выверен. Если покалечишь студента, то не страшно. Если убьешь или, не дай предки, промахнешься – нам не жить.

– Не заводись, Кастет, я сделаю все как надо. Не первый раз, – успокоил товарища Бочка.

После происшедших событий я неделю не выходил из академии, разогнал девчонок и лечил нервы. Лечил известным способом: соображая на троих – я, Верил и Шиза. Ей, оказывается, тоже перепадало.

После ухода Верила и выпитого мной вина захмелевшая Шиза рассказывала о своих переживаниях:

– Мне было так страшно. Холод, темнота и голод. Я думала, что умру от голода. А малыши трясутся, плачут, плачут. Знаешь, это так страшно. Наливай.

– Не переживай, девочка, прорвемся, – успокаивал я ее. – Зато будет что вспомнить в старости. Что это за жизнь у некоторых. Родился, женился и умер. Разве это жизнью назовешь? А мы с тобой знаешь кто?

– Кто? – всхлипывая, спросила Шиза.

– Джентльмены удачи – вот кто.

– А тебе есть что вспомнить? – спросила она.

– Расскажи, – попросила Шиза.

Я мечтательно положил руки под голову.