Хомякус советикус-1.4

Старик был в прежней палате, оставила Анну в процедурной, а сама перешла в полутемную палату в невидимости.

— Кто тут, выходи на свет, не прячься.

Раздался каркающий хриплый голос с центральной кровати.

Провела диагностику, старикан был не старым, просто покалеченным сильно. Много старых переломов и травм, следы огнестрела. Меньше полтинника этому кавказцу.

— На свет выходить мне нельзя, а вот чего ты хочешь? Зачем твои орлы мою помощницу запугивали? Мне это не нравится.

— Спаси, озолочу, мне сказали, что умру скоро, а я жить хочу, рак у меня.

— У тебя кроме рака и более опасные повреждения есть, слабый организм у тебя, осколок в сердце, тромб в сосуде, а рак только расти начал, метастазы в печень пустил.

— Значит, не поможешь, дитя?

— Утром уже помощь не понадобится, прощай бывший вор.

— Не уходи, пока ты рядом, боли не чувствую, посиди, поговори со мной, может, сделаеть что сможешь?

— Сил много уйдет, во сколько свою жизнь оценишь? Здоровье? Молодость? Смерть легкую? Думай недолго, нет у меня времени на разговор с тобой.

— С собой у меня миллион, забирай сразу

— Заберу, но это аванс. И ты мне клятву дашь.

Проговорила текст, а он повторил. Яркий свет ослепил его и он зажмурил веки, уходя в сон.

Особой сложности я не видела. Сразу занялась сердцем, тут привычно извлекла осколок, мелкий, но достала целиком на память, залатала ткани и проверила все стенки этого насоса, подлатала клапана. Запустила очистку и кровь сама тромб растворила. Одновременно стала выжигать раковые клетки и убирать метастазы. Очистившиеся почки и печень запустила в интенсивный режим, кости стали восстанавливаться после травм. Повторила диагностику, нашла ещё воспаления, мелкие язвы в пищеварительном тракте, у мужика было всё в наличии, поэтому и не рискнули его лечить. Связки медленно восстанавливались. Тяжелая тюремная жизнь. Запустила восстановление крови и стала мужика будить.

— От наколок избавиться не хочешь?

— Только от двух, по малолетке получил.

Почистила кожу, потом не стала терпеть ароматы и очистила кожу от всех выделений. Последними убирала полипы и геморрой. Уходя, бросила:

— Не обижай мою медсестру, прощай.

Убрала его чемоданчик в рюкзак и вернулась в процедурную.

— Анна, помоги там клиенту, ему в туалет надо и помыться. Пока.

Вернулась на свою темную кухню, дом был пустым, увёл всё таки Федорыч маман.

С утра у меня был бассейн и уже к девяти приготовила для всех завтрак и позвонила Федорычу. Пришли они вдвоем, видно поладили за ночь.