Черный дембель. Часть 1 (СИ)

Уложил белобрысого на землю около вольера. Из будки выглянула собачья морда — пёс жалобно тявкнул и заскулил. Кирилл схватил меня за руку. Я обернулся, заглянул в глаза брата.

Успокоил его:

— Живой он.

Показал парням свои ладони, сказал:

— Я ж не зверь, пацаны. Несильно его приложил.

Толкнул белобрысого ногой.

— Но очнётся он не скоро. Вырубил я его своей «коронкой».

Поправил тельняшку; убедился, что не испачкал её.

Велел Артуру принести верёвку.

Спросил у младшего брата, о темноволосом пленнике.

— Уже не стонет, — сказал Кирилл. — Немного пошумел и затих. Мы не заходили к нему. Как ты и просил.

— Вот и молодцы.

Я приоткрыл дверь сарая. Вдохнул запахи мочи, мышей и гнили. Встретился взглядом с пленником. Мужчина смотрел на меня не грозно — испуганно: он не забыл о нашей беседе. Пленник взглянул на оставленные мной на ящике инструменты. Замычал. Я приободрил его улыбкой. Пинками откатил мужчину к дальней стене, освободил место на полу для второго тела. Прохоров принёс мне бельевой шнур. Я упаковал белобрысого качественно: связал ему руки и ноги, соединил их вместе. Убедился, что водитель «Запорожца» дышит — заткнул ему рот подвернувшейся мне под руку мешковиной.

Свет в сарае я погасил. Закрыл дверь на щеколду. Взглянул на выбравшегося из будки пса — тот поджал хвост. Часы подсказали, что я возился с похитителями директора швейной фабрики меньше часа. Прохоров и Кирилл внимательно наблюдали за мной. Я вернул Артуру испачканную дорожной пылью сигарету — Прохоров тут же прикурил её (будто по команде), выдохнул в собачий вольер струю дыма. Кир озадаченно поглядывал на красноватое пятно, что осталось на том месте, где я связывал белобрысого водителя. Я прошёл мимо парней, мазнул взглядом по яме под пионом, сполоснул в умывальнике руки.

— Что нашли под кустом? — спросил я.

Кирилл и Артур переглянулись.

Прохоров провёл пальцем по усам, снова затянулся дымом.

Мой младший брат сказал:

— Серый, там…

— Сам посмотри, — предложил Артур. — Мы занесли банки в кухню. Мало ли… Ещё увидит кто-то.

— Банки? — переспросил я.

Вытер о полотенце руки, посмотрел на лица парней.

Комсомольцы стояли навытяжку, будто солдаты на торжественном построении.

Ветер шевелил их волосы, помахивал листвой пиона.

— Некогда мне разглядывать ваши банки, — сказал я. — Что там? Деньги? Или золото?

— Деньги, — ответил Прохоров. — Много. Я… не знал, что у отца есть… столько.

— И жестянка с монетами, — сказал Кир. — С золотыми, царскими.

Я ухмыльнулся, покачал головой.