Черный дембель. Часть 1 (СИ)

Сказал:

— Высокий парень, с красивыми глазами и в парадной форме ВДВ — идеальный образ спасителя юных девиц. Не находишь? Вот его ты и представила, когда сильно испугалась.

Пожал плечами.

Над переносицей девчонки заметил тонкую вертикальную морщинку.

— Последствия пережитого стресса, — сказал я. — Это нормально. Обычный посттравматический синдром. Пройдёт.

Снова откинулся на спинку стула.

— Как писал Максим Горький, а был ли мальчик? — сказал я. — Подумай, Лена, а был ли тот десантник? Тот, который на досуге ворует из квартир пугливых девиц.

Муха возмущённо зажужжала, метнулась к окну.

Солнце снова спряталось за облаками.

Котова подпёрла кулаками бока (будто спародировала свою подругу) и улыбнулась — весело, не обиженно.

— А сейчас я тебя тоже выдумала? — спросила Лена. — Ты на это намекаешь? Я правильно тебя поняла?

Морщинка над её переносицей разгладилась.

— Говоришь, что я сошла с ума? Убеждаешь: я вломилась в пустой чужой дом, и сейчас разговариваю сама с собой? А твои трусы с цветочками — это моя девичья фантазия?

Котова дёрнула плечами. Стремительно подошла к столу — склонилась над столешницей и толкнула меня кулаком в грудь.

Запах «Иоланты» усилился.

Лена выпрямилась, запрокинула голову и звонко рассмеялась.

— Надо же, ты настоящий, — сказала она. — Не воображаемый.

Поаплодировала — почти беззвучно.

— Браво, Сергей, — сказала Котова. — Ты убедительно говорил. Я даже усомнилась в собственных воспоминаниях. На пару секунд.

Она провела рукой по ресницам, словно утёрла слёзы. Прижала ладони к груди: на этот раз, к своей.

— Моё девичье сердце дрогнуло от жалости к самой себе, — сообщила Лена. — Я почти поверила в то, что сперва придумала красавца военного, а потом в своём воображении раздела его до трусов. Представляешь, Сергей?

Котова улыбнулась — её глаза задорно сверкнули.

— Ладно, хоть мой воображаемый спаситель не остался в одном берете, — сказала она. — Такого зрелища моё девичье сердечко точно бы не выдержало. Оно бы выпрыгнуло из груди прямо в руки спасителя… Воображаемого, разумеется.

Девчонка на шаг попятилась."

"Улыбка на её лице сменила эмоциональный оттенок: утратила ироничность.

— Знаешь, Сергей, — сказала Котова, — мы с ребятами вчера гадали, что и почему произошло в тот день, когда разбился самолёт. Но ни к какому правдоподобному выводу не пришли. Ведь ты действительно не знал, что я останусь тогда дома.

Я накрыл ладонью учебник, смотрел Котовой в глаза.

Лена покачала головой.