Черный дембель. Часть 1 (СИ)

Парни в эти минуты не сдерживали эмоции: они в голос смеялись (как и прочие гости ресторана), обменивались впечатлениями, обсуждали музыкальный репертуар, украдкой рассматривали танцоров (особенно девиц) и нахваливали коктейли.

Танцплощадка с появлением музыкантов не пустовала. На неё то и дело выходили компании уже не молодых (и относительно молодых) женщин. Они выплясывали популярные сейчас «быстрые танцы», демонстрировали окружающим свои причёски, украшения и наряды. Чуть позже к дамам на танцполе присоединились солидно одетые и солидно подвыпившие мужчины. По их сигналу музыка для «медленных танцев» зазвучала чаще. Посматривали на танцующие пары и Артур с Кириллом. Во время «быстрых танцев» парни энергично постукивали под столом ногами. Но с мест они так и не сдвинулись: коктейлей им для смелости не хватило.

Официантка рядом с нашим столом появлялась нечасто. На мой избалованный взгляд она явно пренебрегала исполнением своих служебных обязанностей: пустая посуда успевала соскучиться у нас на столах. Пепельница, в которую курил Артур, за вечер не сменилась ни разу. Но однажды Светочка нарисовалась около нас, когда Илья Владимирович развлекал очередного знакомца. Она буквально обожгла моё лицо взглядом; не глядя, сгрузила на поднос отставленную мной в сторону посуду. И будто бы случайно толкнула меня бедром. Я улыбнулся ей — заслужил ответную улыбку. Обручальное кольцо на руке у Светочки я не увидел.

* * *Ровно за час до полуночи официантка принесла счёт.

Светочка напомнила Прохорову, что ресторан закрывается.

Со сцены к тому времени уже исчезли музыканты — музыка стихла. Голоса посетителей ресторана всё ещё перекрикивали друг друга. Веселье за столами пока продолжалось, но будто уже в прощальном порыве. У нас на столе оставались лишь стаканы с минеральной водой и с морсом, почти пустой кувшин и тарелка с маринованным луком (комсомольцы подчистили блюда с нарезками, доели мясо — на поедание лука их запала жадности не хватило).

Илья Владимирович бросил на ресторанный счёт лишь мимолётный взгляд. И тут же сунул в папку со счётом сторублёвую купюру. Поправил левую руку. Чуть подумал, будто провёл в уме подсчёты. И бросил поверх сотенной ещё червонец. Илья Владимирович кивнул — будто сам себя похвалил за щедрость. Подмигнул своему сыну, который (как и мой младший брат) явно изумился размерам той суммы, на которую мы сегодня «посидели» в «Московском».

— Ну, вот и всё, юноши, — сказал Прохоров, — пора по домам.

Он подозвал раскрасневшуюся официантку.