Медаль для разведчика. «За отвагу»

Стрелки фосфоресцировали, без подсветки видно. Половина первого ночи. В лучшем случае к половине пятого к болотам подойдут. Как раз светать начнет, как всегда, летом рано.

Стоит случиться маленькой заминке в пути, рассвет застанет их на открытом месте. Рисковать пленным и своими шкурами ни за понюшку табаку? Так и сказал Николаю.

– Не успеем к болотам выйти.

– Сам так же думаю, – буркнул Николай.

Стало быть – часам к четырем надо подбирать место для ночлега.

Игорь припомнил карту. По другую сторону Днепра уже в этом месте болота идут до передовой. А как через Днепр с пленным перебраться? Высказал Николаю.

– Предлагаешь к реке выйти? Вдруг лодку или бревно где-нибудь у берега обнаружим? Хм.

– Я только озвучил мысль.

– Нет, пусть дольше, но без риска. Болтаем много. Вперед!

И сам зашагал первым. Следом за Николаем пленный, подталкиваемый сзади Игорем.

Шли долго, обходя овраги, перепрыгивая через ручьи. Пленному руки развязали, тот размял запястья, и руки связали спереди. Через ручьи так перепрыгивать сподручнее, им и идти легче. На одном из коротких привалов Игорь спросил:

– Должность в батальоне?

– Дислокацию своих частей хорошо помнишь?

– Провалами в памяти не страдаю. – И немец сам задал вопрос: – Почему вы, немец, перешли на сторону русских?

– Я не немец, как раз русский.

– У вас произношение подлинного немца и акцент берлинский.

– Мне уже говорили, учителя хорошие были.

– Катков, разговорчики! – прервал беседу Николай.

– Я поинтересовался должностью. Говорит – начальник штаба батальона.

– Лучше бы он карту с собой в сортир захватил, – пробурчал Николай. – Подъем.

Шли до рассвета, оставили в стороне Засижье. На ночевку остановились в небольшом лесу, под вывороченной корягой. Уместились все трое. Похоже, зимой тут медвежья берлога была. Клочки шерсти были, и звериным духом пахло.

– Катков – отдыхай, я покараулю. Потом моя очередь дрыхнуть.

Игорь вырубился сразу. Было бы лучше поесть, а потом спать. Показалось – только веки смежил, а уже Николай толкает.

– Все, не могу больше, глаза закрываются.

Николай тоже уснул быстро. Немец тоже спал, устал за ночь без сна, да и пешком прошли много. Игорь позлорадствовал – это не на самоходке кататься.

День пришлось провести в норе, выводили немца оправиться. Доели банку консервов с зачерствевшим черным хлебом. Разделили поровну на троих. Если немца не кормить, ослабеет, а впереди предстоит самое трудное и неприятное – передвигаться по болоту.