Запретный поцелуй

Оказалось, не слишком-то сложно изображать леди Эмму, дерзкую самоуверенную девушку, наполовину шотландку. Забыты были робкая неуверенность и непорочное поведение Эмили Фэрчайлд, отброшенные прочь, словно ненужные глупости. Граф очень сильно привлекал ее, и потребовался совсем незначительный толчок, чтобы вывести ее за грань и ввергнуть в пучину страсти.

Поэтому, когда он просунул свой язык глубже, она сплела с ним свой и затем двинулась дальше, скользнув языком между его приоткрытых губ, исследуя опасные жаркие глубины его рта. Его поцелуи стали почти грубыми, словно он не мог насытиться ими. Снова и снова он терзал ее рот, и когда это уже перестало его удовлетворять, он принялся осыпать властными собственническими поцелуями ее щеки и шею. Его шершавая кожа царапала ее, и его мускусный запах смешивался с цветочными ароматами, витавшими в воздухе сада.

Руки Джордана блуждали по ее телу, гладили спину, скользили по бедрам. Не связанный больше никакими запретами, он оставил ее шею и принялся целовать ключицы, затем ниже, вдоль выреза ее платья, пока не достиг ложбинки между грудями.

Девушка едва не оттолкнула его, пораженная его дерзкой развязностью. Но вовремя спохватилась. Изогнувшись дугой назад, она позволила его уверенным умелым губам исследовать выпуклости ее нежных грудей.

Удовольствие растекалось вниз по ее животу, словно струя теплого меда. «Силы небесные! И почему греховные деяния так приятны?» Чем больше его горячие губы ласкали ее, тем больше ей хотелось, чтобы ласки распространились и на те части ее тела, которых дозволено было касаться только законному мужу. Она едва могла дышать, мысли путались в голове. Она быстро теряла контроль в этой сладостной схватке.

Тут граф оттянул отделанный тесьмой вырез ее платья и выпустил наружу одну ее грудь, ошеломив девушку до глубины души. С силой оттолкнув его, она вырвалась из крепких объятий и, прикрываясь, скрестила на груди руки.

Тысячи упреков теснились на ее губах, когда ее взгляд встретил его глаза, ожесточенные, алчущие, полные вожделения. Затем она спохватилась. Леди Эмма не стала бы упрекать мужчину за то, что он мужчина.

Потребовалось усилие всей ее воли, чтобы изобразить уклончивую улыбку на губах и убрать от груди руки.

– Сомневаюсь, что ваша Эмили когда-либо целовалась подобным образом, лорд Блэкмор.

Девушка горячо молилась, чтобы тусклый свет, озарявший аллеи сада, скрыл от него истинное воздействие на нее их встречи.