Запретный поцелуй

Джордан повернулся к двери, когда слуга впустил девушку в комнату, и у него отвисла челюсть. Надо было видеть, как была она одета!

Алое бархатное платье, которое ему так хотелось сорвать с нее в опере! Только на этот раз все было гораздо хуже, потому что он мог бы поклясться, что под платьем на ней ничего не было – ни нижних юбок, ни корсета, может быть, даже и сорочки. Когда она вошла в комнату, переливавшийся в свете свечей бархат, подчеркивавший ее восхитительные формы, плотно облегал ей ноги, делая ее похожей на завернутый в позолоченную бумагу рождественский подарок – мечту любого мужчины.

Только ему не суждено развернуть этот подарок, не может он себе этого позволить, будь он проклят! При ее приближении граф с шумом втянул в себя воздух, стараясь перевести дух. Исходивший от девушки запах лаванды окутывал его, словно облако искушения, и он просто прирос к месту, изумленно пожирая ее глазами.

– Милорд? – спросил слуга. – Больше ничего не нужно? Я могу идти?

– Да, – ответил граф сдавленным голосом. – И на этот раз я действительно не хочу, чтобы меня беспокоили.

Эмили покраснела, но ничего не сказала, когда слуга вышел, плотно затворив за собой дверь.

– Что вы здесь делаете? – взорвался Блэкмор. – Как вы сюда попали?

Девушка судорожно сглотнула.

– Я вылезла из окна и взяла наемный экипаж. Я нашла кучера, который знал, где вы живете.

– Вы приехали в наемной повозке? В этом наряде? Удивительно, что вас не покалечили!

– На мне была накидка, но ваш лакей настоял, чтобы я ее сняла.

– Завтра я его убью, – пробормотал Джордан. Никто не смеет видеть ее такой. Никто… кроме него!

Сурово он напомнил себе, из-за чего она скорее всего пришла. Вернувшись к шезлонгу, граф взял свой бокал и отхлебнул большой глоток огненной жидкости.

Он старался не смотреть на Эмили. При виде ее он не мог отвечать за свои действия.

– Я думаю, вы явились сюда, одевшись подобным образом, потому что рассчитывали вынудить меня изменить свои намерения.

Ее ответ, произнесенный тихим нежным голосом, обескуражил его. Он повернулся к ней лицом.

– Вы не надеялись, что я откажусь от своих планов?

– На самом деле я пришла… предложить вам сделку. – Ее подбородок дрожал, как и ее руки, но она держалась с гордым достоинством, словно была одета в скромное темное платье квакерши. – В опере вы сказали, что хотите меня. Ну что ж… – Она слегка заколебалась, как бы набираясь храбрости, затем провела руками по телу, словно демонстрируя его. – Вы можете получить меня.