Перегрузка

Пока муж осуществлял свою «подзарядку», Бет Йел накрыла чай перед камином. Вскоре опять появился Пол.

— Я слышал, вы говорите о семейном фонде.

Его жена залила кипяток в заварочный чайник и поставила перед ним чашку.

— Я всегда говорила, что ты слышишь сквозь стены.

— Это благодаря годам, проведенным в суде. Там приходится напрягаться для того, чтобы слышать, что бормочут коллеги. Вы бы были удивлены, узнав, как много судей не умеют говорить внятно.

Йел обратился к Ниму:

— Этот фонд, о котором говорила Бет, мой дед учредил потому, что надеялся, что общественная деятельность станет традиционной в нашей семье. Он верил, что людям, выбирающим этот путь, не следует беспокоиться о получении дохода. Сегодня эта точка зрения не очень популярна, но я как раз согласен с ней. Я видел слишком много людей, занимающих высокие посты в Вашингтоне, которые ищут возможности заработать побольше денег. Это делает их незащищенными от искушения.

Судья сделал глоток чаю, который жена налила ему, и продолжал:

— Цивилизованный обычай — послеполуденный чай. Этим мы обязаны англичанам. Этим и основой нашего законодательства.

Он поставил чашку на стол.

— В любом случае, как правильно сказала Бет, наш фонд в ужасном состоянии. Пока я работал там, в суде, то ничего не мог сделать, но теперь начинаю кое-что восстанавливать. — Он хихикнул. — Это параллельно с работой в «ГСП энд Л».

— Вообще-то фонд нужен не нам самим, — добавила Бет. — У нас внуки. Если они займутся общественной деятельностью, деньги им пригодятся, чтобы чувствовать себя независимыми.

Ним понял, что семейный фонд был больным местом семьи Йел. Как бы подтверждая это, Йел проворчал:

— Фонду принадлежат винодельческий завод, пастбища для скота, два многоквартирных дома в городе, и — можешь ли ты в это поверить? — все это нерентабельно, приносит только одни долги, съедающие капитал. На прошлой неделе я насел на управляющего — дал нагоняй, потребовал сократить расходы.

Внезапно он замолчал.

— Бет, мы надоедаем этому молодому человеку с нашими семейными проблемами. Давайте вернемся к «ГСП», — вдруг предложил он. — Я озабочен, впрочем, как и вы, этими продолжающимися убийствами и саботажем. Люди, которые заявляют об ответственности за взрывы, как там они называют себя?

— А, да. Своеобразная у них логика: освободи мне путь или я разорву тебя на части. Вы не знаете, полиция вышла на их след?

— Действительно, почему эти люди устраивают взрывы? — спросила Бет Йел. — Я не могу этого понять.