Ребенок от бывшего мужа

Скорее от делать нечего и, поддавшись уговорам салонного мастера, сделала себе пирсинг в носу. Одежду тоже поменяла на соответствующую. Теперь гардероб вместо воздушных платьев с цветочными принтами украшали черные вещи с множеством металлических элементов. Оставалось только набить себе пару татуировок, но я так и не рискнула.

На счет всего, что сказал Миша, он не обманул. Меня действительно ждал небольшой, но уютный двухэтажный домик, в котором мы разместились с детьми. Все необходимое я докупила на второй месяц, уже после того, как оформила местную карту и получила перевод от Орлова через десятое доверенное лицо.

Потихоньку обустроилась. Выкрасила комнаты девочек в нежных бежевых тонах, повесила две большие буквы «М».

Комнату Матвея мы с ним сделали совместно, раскрасив все под настоящий морской корабль. Как оказалось, Матвей ими увлекся, слушая рассказы папы о морских пиратах. Я же все на свете пропустила, стараясь сохранить брак, который был обречен на провал, стараясь ничем не разозлить того, кто в злости черпал жизненную силу.

Но теперь я пообещала себе все наверстать.

Я должна была, просто обязана была извиниться перед Матвеем правильными действиями и поступками.

Я должна была дать девочкам лучшее будущее.

Наш переезд выпал на лето. Благо, у нас оказалась пара месяцев, чтобы освоиться и немного прийти в себя. Вроде бы, дети пережили это без особых потрясений. А Матвей и вовсе повеселел, и стал напоминать себя прежнего.

К сентябрю я отправила сына в школу, а дочек отдала в детский сад.

Сама занялась кафешкой, которая, на удивление, оказалась даже чем-то похожей на мою прежнюю, ту, что осталась в Москве.

Я быстро обустроила ее под себя, наняла себе русскоговорящий персонал, и мы открылись через месяц.

Оказалось очень приятно снова вернуться в свою колею.

Я всегда знала, что мое дело – не великое. Просто накормить людей и получить за это деньги, которые в будущем нужны будут тебе на еду и крышу над головой. Все просто до нельзя.

Не ученый, не врач, не военный. Я не оставила бы свой след в истории, и всегда это хорошо осознавала.

Но мне нравилось делать что-то полезное. Нравилось не сидеть дома. Нравилось общаться с людьми. Нравилось слышать их благодарность за то, что их вкусно накормили.

И я была очень рада вернуться к своему простому, совсем нехитрому, но такому любимому занятию.

В перерывах между работой и детьми я понемногу учила чешский, стараясь освоиться в новой стране и привыкнуть к ее менталитету, культуре, нормам и обычаям.