Победителей не судят

В основном считается, что дядя Джо разгромил польскую армию исключительно за счет охвата сверху, то есть высадив из своего времени десанты в их глубокий тыл, в силу чего польская армия лишилась воздушной поддержки, потеряла управление и была дезорганизована.

– Это правда, но не вся, – кивнул джентльмен, имеющий связи в разведке, – помимо этого, у дяди Джо обнаружились вполне современные войска вооруженные российским оружием и обученные русскими инструкторами. Специалисты считают, что дядя Джо одолел бы польскую армию и без межвременного десанта в польский тыл. Просто это потребовало бы в несколько раз больше времени, а его войска понесли бы большие потери. В любом случае нищая и хронически безумная Польша – это совсем не тот актив, потеряв который, нужно рвать на себе волосы. Вот потеря Германии, Франции или других развитых стран центральной и западной Европы имела бы для нас куда более печальные последствия. Тогда в руки мистера Путина и дядюшки Джо попали бы фрагменты критически важных технологических цепочек, которые в настоящий момент и составляют наше преимущество над Россией и Китаем. Не зря же мы так упорно противодействовали тому, чтобы русские смогли приобрести разорившийся «Опель». А ведь тогда еще не было таких громких конфликтов, как война на Украине или скандал с вмешательством русских в американские выборы.

– При желании мистер Путин и дядя Джо вполне смогут восстановить эти технологические цепочки, – сказал худой старик по имени Роберт, – у них вполне хватит для этого интеллектуального потенциала, финансов и даже времени. Намного большее значение для нас имеет активное вмешательство в наши внутренние дела мистера Франклина Рузвельта и его команды. Для них мы – люди, которые извратили и уничтожили дело всей их жизни, и бороться с нами они будут, невзирая на лица.

– Ну, так уж и извратили и уничтожили, – хмыкнул джентльмен по имени Уоррен, – нам этот мир достался уже почти в том виде, какой он есть, и мы всего лишь подправляли его под себя, некоторые больше, некоторые меньше. Насколько мне помнится, едва мистер Рузвельт помер, как от его Нового курса не осталось и следа. А мы тут причем? Неужели нельзя договориться и решить вопрос полюбовно и к всеобщему удовольствию? Рекс, вы же встречались с госсекретарем Рузвельта, кажется, мистером Карделлом Халлом? Неужели там все так скверно, и из создавшегося положения нет никакого выхода?

– Договориться вполне можно, – сказал тот, кого назвали Рексом, – но только это не имеет смысла.