Узы любви

К счастью, наконечник только задел ее и вонзился в ближайшее дерево, а Милисент, не веря собственным глазам, уставилась на кровавое пятно, расплывшееся на плаще.

Но тут Вулфрик обернулся, и она мгновенно оказалась в его объятиях. Его громовой клич «К оружию!» тут же собрал вокруг воинов и рыцарей.

Милисент безуспешно пыталась выпутаться из просторного плаща, чтобы высунуть хотя бы голову. Невозможно. И конь мчался галопом, так что не стоило стараться.

Голова ее немного кружилась, а от усилий высвободиться становилось только хуже. С каждым толчком рука болела все сильнее.

Безумная скачка к замку все продолжалась, и к тому времени как они остановились у подъемного моста, Милисент впервые в жизни лишилась чувств, — не от боли, которую обычно терпела до последнего, а от потери крови. И поскольку ее почти полностью скрывали складки плаща, Вулфрик не заметил, что багряные капли то и дело срываются и падают на землю.

— Почему этот чертов лекарь не идет? — бушевал Вулфрик. — Где его носит?

— Наверное, потому, что я за ним не посылала, — преспокойно ответствовала Джоан.

— Это первое, что ты должна была сделать! Займись этим, да побыстрее!

Милисент попробовала открыть глаза, уверить их, что все хорошо, но так и не нашла сил. В ушах стоял такой звон, что она почти оглохла. Нужно хоть немного поспать, чтобы отдохнуть и окрепнуть, но рука невыносимо ныла.

— Попробуй привести его и найдешь дверь запертой, — предупредила Джоан. — Он только навредит Мили! Взгляни! Из нее и так вытекла почти вся кровь, а он наверняка примчится со своими пиявками! Я сама позабочусь о сестре.

— Думай как хочешь, но по нашему с Милисент опыту я знаю, что пиявки помогают вылечить лихорадку или горячку, но при ранах и увечьях даже вредны. Более того, они высасывают слишком много крови. Пойми, моя сестра ненавидит лекарей и не поблагодарит тебя за то, что привел их сейчас, когда она слишком слаба, чтобы обороняться от этих кровопийц!

— Мне не нужна ее благодарность. Я лишь хочу ее выздоровления, — процедил Вулфрик.

— В таком случае предоставь мне ухаживать за сестрой. А если хочешь помочь, скажи отцу, что рана легкая и что Милисент через несколько дней поправится.

Вулфрик поколебался, но наконец спросил:

— Ты известишь меня, когда ей станет лучше?

— Я хочу видеть ее, когда она очнется.

— Как только Милисент согласится с тобой встретиться.

Вулфрик надменно дернул плечом.

— Я не нуждаюсь в ее позволении. Позовешь меня, и все.