Личный трофей опального генерала-1 (СИ)

Потом, подняв глаза повыше, Кирсанов отметил каждый изгиб фигуры, спрятанный под черными тугими джинсами, перевел взгляд на серую блузку, под которой колыхалась высокая грудь, и слетел с катушек окончательно, когда Александра накинула на плечи дубленку сложного оттенка. Кирсанов назвал бы этот цвет красным, но из-за легкой примеси коричневого оттенок не резал глаз и казался благородным. Карминовый — пришло на ум непонятное слово, наверняка услышанное от сестры Ларки. Нарядная дубленка непостижимым образом оттеняла черные Санькины глазищи и делала ее неимоверной красавицей.

— Ну наконец-то, — фыркнула своенравная девица, деловито пристукивая каблуком. — Я уехала, — не смущаясь заявила она. — Развлекайтесь. Лешик спит пока, но минут через сорок проснется. В холодильнике куриный суп и тефтели.

— Куда это ты собралась, Санечка? — изумился Кирсанов и даже не смог скрыть от окружающих удивления.

— Сегодня у нас вечер встречи выпускников, — отрапортовала она. — Я в кафе с друзьями посижу и вернусь, — милостиво известила она, вскинув голову. По этому жесту Кирсанов понял, что Александра сдаваться не намерена.

— Хорошо, — кивнул он. — Я отвезу тебя, Саня. Отказы не принимаются. — И повернувшись к своему помощнику, в дверях наблюдавшему за разворачивающимися событиями, велел тихо: — Ключи, Крепс.

Дима быстро передал шефу брелок с ключами и бодро заметил:

— Мы с Лешей мультики посмотрим и поужинаем. Только я коробки с подарками на балконе спрячу.

— Давайте сюда, — скомандовала Александра, отворяя дверь шкафа-купе. — Вы все игрушки в Москве скупили или что-то осталось?

— Саня, — примирительно обронил Кирсанов. Но она перебила его:

— Я не хочу из Леши вырастить изнеженного барчука, Сергей Юрьевич.

— Согласен, Санечка, — улыбнулся Кирсанов. — Вот дорогой и обсудим Лешино воспитание. — Он направился к выходу, слыша, как сзади фыркает и топочет каблучками сердитая Александра.

Уже в машине, глянув на ее недовольное лицо, Кирсанов понял, что скандала не миновать.

«А с другой стороны, в чем, собственно, я провинился? — мысленно отмахнулся Кирсанов. — Не пустил одну на дурацкую вечеринку? Так нечего самой по ночному городу на каблуках шастать, — ощерился он, представляя, как Саня целуется-обнимается с какими-то типами. — Поубивал бы…» — тяжело вздохнул он, наблюдая, как, усевшись рядом, Александра вытягивает из сумочки разрывающийся от трелей сотовый.

— Да, Оль, — пропела она. — Минут через двадцать буду. Нет, спасибо, — улыбнулась Александра. — Меня подвезут.