Комендантский час

– Я знаю, извините, – смущенно почти прошептала девушка.

– Стало быть, вы дежурная ПВО?

– Ваша фамилия Самойлова, зовут Елена Сергеевна?

– Так, Елена Сергеевна.

– А скажите, уважаемая Елена Сергеевна, в чем заключаются ваши обязанности?

– Если, значит, фашист прилетит, разбудить жильцов в своем подъезде, в убежище их проводить, деткам помочь, там, старухам. Бомбы поджигательные тушить…

– Нести ночное дежурство. У всяких посторонних документы проверять и, если что, милиционера кликнуть.

– Вы все время находились у дверей подъезда?

– Так как же? Никого не было посторонних?

– А что случилось, вы знаете?

– Как не знать, жилец из десятой самострел учинил.

Это он из-за нее все.

– Марина у него была. Беленькая такая. Ходила к нему. Что они делали, не скажу, не видела, только часто она у него оставалась. Бывало, ночью вместе приедут на машине, шмыг в парадную и к себе. А потом он ее утром провожает.

– А кроме Марины к Грассу ходил кто-нибудь?

– Много, все его дружки разные. Бывало, идут, а карманы от бутылок рвутся.

Безобразить к нему ходили. А он душа простая, добрая, всех пускал.

– А в последнее время?

– Да последнее время его-то и не было. Он ушел в том месяце. На фронт, говорил. Вот только вчера и вернулся в форме и с наганом. «Ты, – говорит, – тетя Лена, меня разбуди в восемь» – и к себе пошел.

– А почему вы в шесть ушли с поста?

– Ах, товарищ начальник, не в шесть – в семь ушла. Гастроном у нас в семь открывают.

– Час, наверное, у меня часов-то нет. А домой шла и у ворот двоих военных встретила, они-то мне и сказали, что время пять минут девятого.

– Военные выходили из вашего двора?

– Из нашего. Из ворот.

– Постарайтесь вспомнить их.

– В сапогах хромовых, с ремнями через плечо. У одного, что на часы смотрел, нашивка золотая.

– Какая нашивка, узкая или широкая?

– Широкая, товарищ начальник, страсть какая широкая.

– Вы раньше их не видели?

– Я, конечно, побежала Зиновия Аркадьевича будить. Гляжу, дверь открыта. «Неужто встал?» – думаю. Зашла в комнату, а он лежит.

Тут я и побегла на улицу.

– Игорь, – Данилов встал, – дело ясное. Ты сейчас иди в «Вечерку», найди знакомых Грасса, узнай, кто такая Марина. Ты, Степан, с жильцами поговори. Я в управление.

На лестнице Данилов задержался, пропуская санитаров, уносивших убитого. Он прошел сквозь расступившуюся толпу любопытных у подъезда, подошел к машине.

– Извините. – Кто-то тронул его за рукав.

Данилов оглянулся. Перед ним стояла пожилая женщина с пустой авоськой в руках.