Клянусь луной

— Но ты же мог их сжечь! Шантажист бы пропал без следа, и я бы больше не волновалась.

— Этого было мало. Ты все равно боялась бы, что однажды негодяй объявится, и постоянно ждала бы от него вестей. Ты должна была узнать, что писем больше нет.

Леди Колдекотт иронично приподняла бровь:

— И поэтому ты решил шантажировать меня сам?

— Не совсем так. Сначала я ждал, что ты придешь и поведаешь мне о своих бедах. Но раз ты этого не сделала, я придумал неплохой способ. Ты передала бы мне деньги (не зная, что имеешь дело со мной), а в ответ я подбросил бы письма в наш дом.

— А как бы ты распорядился деньгами?

Лорд Колдекотт вновь рассмеялся.

— Скорее всего в ближайшие несколько месяцев ты получила бы от меня немало приятных подарков. Ты же любишь драгоценности.

— Ты покупал бы их на мои деньги? — удивилась Эллис.

— А как же еще? Мне ведь они не нужны. Уж твоему сыну это должно быть известно — он так старательно изучал состояние моих финансов.

Леди Колдекотт изумленно открыла рот:

— Что значит «изучал»?

— А ты не знала? — Покачав головой, лорд Колдекотт произнес с облегчением: — Что ж, это и к лучшему.

Я думал, что ты подозреваешь меня в шантаже. Видимо, эта мысль пришла в голову только Патрику.

— Но почему он не сказал об этом мне? Экий интриган! Я ему устрою настоящий скандал, когда увижу! Подозревать моего мужа! Ничего себе! — возмущалась леди Колдекотт. — Погоди, а как ты узнал, что он «изучает»?

— Дорогая, твой сын иногда общается с таким отребьем, ты даже представить себе не можешь, но среди них встречаются самые пронырливые сыщики Лондона.

Только он не подозревал, с кем связался. В молодости я тоже не терял времени даром. У меня свои источники, и я могу с уверенностью заявить, что почти ничто в этом городе не проходит для меня незамеченным. Когда кто-то начал копаться в моих делах, я узнал это первым.

— Понятно. Ты злишься на него за такую бесцеремонность?

Генри отрицательно покачал головой:

— Вовсе нет. И тебе не советую. Твой сын действовал из лучших побуждений.

Для пользы дела он разрабатывал сразу несколько версий, что весьма разумно, надо признаться.

— Думаешь, меня порадовало бы, если бы я узнала, что это ты меня шантажируешь?

— Надеюсь, что нет. В общем, все уже позади. И не ругай сына, он все сделал правильно. А в дальнейшем всегда приходи за помощью ко мне, потому что я твой муж. Я люблю тебя, запомни!

— А что мне сказать Патрику? Он должен прекратить расследование. Не стоит говорить ему, что письма были у тебя.